Проводница замялась и сказала, что у нее есть немного виски, не хочет ли Дали купить... Эта мысль понравилась летчице. Девчонка принесла поллитровую плоскую бутылку. Дали отдала ей несколько крон и предложила выпить вместе. Проводница от выпивки отказалась - совсем молоденькая, старательная девочка, она боялась, на рабочем-то месте. Но предложила посидеть с Дали просто так, за компанию. Ей все равно делать было нечего, и она собиралась ужинать. Для закуски проводница принесла колбасы и огурцов, и заодно для себя чаю с печеньем. Дали выпила треть бутылки, наливая в жестяную крышку от фляги. Проводница молча сидела рядом, наблюдая за ней. Мир стал проще и естественнее, и Дали сказала проводнице, что позапрошлой ночью у нее погибла подруга. Девушка кивнула сочувственно и рассказала, что у нее три месяца назад при бомбежке была убита мать. Дали опрокинула еще одну крышку. Все было правильно. Девчонка все понимала, она не говорила ничего лишнего, утешающего - какое тут утешение? И она знала, что это такое, знала тоже. Вы поешьте, сказала проводница, и Дали начала есть колбасу, хлеб, хрустеть соленым огурчиком... Потом она вспомнила, что раньше никогда не пила просто

так, не закусывая, и мимолетно удивилась себе. Она выпила еще и стала рассказывать проводнице про Римонду, и почему-то теперь это было легко. Какая она была, Римонда (постарше тебя, вообще-то, но молодая), что она стихи писала, и хотела учиться, и как познакомились, и как Римонда училась летать, и как сбила в первый раз "Маггона", и как ее все любили, и как она относилась к Дали, и что она решила завести ребенка, и у нее получилось, и вот, в последнюю ночь, наутро она должна была ехать в тыл... И про этот злосчастный бой тоже рассказала.

Потом девчонка ушла по своим рабочим делам. И Дали уснула. Когда она встала, голова почему-то не болела. И вообще, хотя мир был серым и тоскливым, но оказалось, что в нем можно как-то передвигаться. Что-то делать и говорить. Дали вышла на перрон - поезд, кажется, опять застрял.