"Рима!" крикнула Дали, и ей ответила Эйлин - "Седьмая, она сбита!" "Рима", сказала Дали, и звук ее голоса был диким, и хотелось заорать, что было сил, и Дали выбрала себе цель, юркого "Маггона" и дала полный газ. Спокойствие овладело ею. Она вошла в ритм боя, в ритм отчаяния, смерти, ужаса, она была единым целым с убивающей машиной, она сама была смертью. И поймав, видимо, смертоносную ее волну, "Маг" стремительно пошел вниз, спасаясь, но было поздно. Дали развернула "Ос" так, под таким углом, как никто еще на такой скорости не разворачивал, как не предусматривала конструкция, и самолет выдержал, только волна тяжести, как свинцовая плита навалилась на грудь, но "Ос" выдержал, и Дали атаковала "Маг" сзади. Она не стреляла, выжидая нужное расстояние, стараясь не спугнуть - пилот "Мага" не видел ее сзади и не предполагал, что она может быть уже там. И когда расстояние до "Мага" уменьшилось до полукилометра, Дали начала стрелять. Снарядами она расколотила хвост самолета, и дымясь, он стал входить в штопор. Точка стремительно вылетела вверх из падающего истребителя, пилот катапультировался... И тотчас раздался в шлемофоне голос Арлет: " Эскадрилья, внимание! Отходим! Задание выполнено, идем домой!"

Мир стал серым. В нем не было больше радости. Не было красок, и ничто не могло здесь быть интересным. Не было и горя. Только серая дверь, а за дверью - бездна. Черная бездна. И Дали что-то говорила, паковала чемодан, даже, кажется, улыбалась, она ехала на тряском грузовике, потом на вокзале покупала детям подарки. А на самом деле она все время стояла рядом с бездной, и подспудный страх - открыть дверь - преследовал ее. Откроешь дверь, и там, за ней... А здесь было тихо, только серая пыль запорошила весь мир. Лица под слоем этой пыли казались какими-то скучными, больными, тусклыми. Голоса звучали приглушенно. И поезд на Листрану, поезд, который шел так медленно, полз, пропуская военные эшелоны, даже он стучал по рельсам очень тихо, словно сквозь слой ваты. В купе Дали ехала одна, и это было хорошо. Мало народу сейчас стремилось в тихую, удаленную от границ и фронта Листрану. Можно было лечь на полку и не двигаться. Не думать ни о чем. Только сдерживать руками дверь - чтобы не открылась ненароком, чтобы не выпасть в бездну.